«Лесков прямо говорил о нравоучительной силе своей хроники: такие герои, как Савелий Туберозов, карлик Николай Афанасьич, протопопица Наталья, должны были пробуждать в читателе добрые чувства — и писатель жалел, что многие выделяют в первую очередь дьякона Ахиллу, "более забавного, чем возвышенного". Вероятно, Лескову хотелось способствовать своим произведением улучшению Церкви — в 1871 году он писал в частном письме: "Я не враг церкви, а ее друг; или более; я покорный и преданный ее сын и уверенный православный — я не хочу ее опорочить; я ей желаю честного прогресса от коснения, в которое она впала, задавленная государственностью..." Такая риторика была близка многим православным и в более поздний период — и в советское, и в постсоветское время»

Лев Оборин, филолог, соавтор сборников «Полка: История русской поэзии» и «Полка: О главных книгах русской литературы»