В июне в издательстве «Альпина.Проза» вышел сборник «Уклады», в котором тринадцать авторов написали об укладах в культурах, к которым они принадлежат. Поговорили с составительницей сборника писательницей Евгенией Некрасовой о том, что мы вкладываем в понятие «образ жизни» сегодня и как традиционные уклады связаны с современным искусством. 

Начинка…

Уклад, по большому счету, это образ жизни. В широком смысле. Мы понимаем это больше как деревенский или крестьянский уклад. Это что-то для большинства из нас и наших семей уже в прошлом, потому что мы уже давно все городские жители и между нами и деревенским прошлым дистанция. Но на самом деле уклад есть и у городских жителей, точно так же как у деревенских.  

Неважно чьего: девочки, мальчика, женщины, мужчины, ребенка, старика, старухи. Самых разных людей, самых разных культур. И это проживание в разных культурах отличается.

Неважно чьего: девочки, мальчика, женщины, мужчины, ребенка, старика, старухи. Самых разных людей, самых разных культур. И это проживание в разных культурах отличается.

…и оболочка 

Вот эта кожурка уклада, такой вот его хитиновый верхний скелетик, я бы сказала, но, наверное, все же не хитиновый, а вполне себе каменный или титановый. «За каменной стеной сидит бубен мясной» — это, кстати, про беременность загадка. Мне кажется, что вот эта оболочка в виде каменного ореха одинакова практически в любой культуре. Рождение, взросление, инициация, потом люди учатся, выбирают профессию, женятся или обязательно, если даже не женятся, присутствуют на  свадьбах других. Сначала чьи-то похороны, потом свои похороны. Ну и между этим множество каких-то еще других маленьких укладов и укладиков.

Ключик и рамка

Оболочка уклада, повторюсь, довольно универсальна для разных культур — для городской, деревенской, и для культуры любого народа. Собственно уклад и есть та самая универсализация. То, как люди проживают те или иные моменты, — это не только форма, важно собственно проживание. Это то, что нас отличает от людей прошлого и от людей других культур, а вовсе не то, что мы как-то одеваемся по-другому: например, не носим какой-то традиционный костюм, который принят для той местности, в которой живем, если мы наденем национальный костюм, это все равно не сработает. Потому что мы не проживаем то, что люди проживали в этом костюме.

И при этом мы можем узнать, как люди других культур переживают те или иные состояния. Это вообще сближает. И это необязательно важные переломные точки в жизни, а простые, даже бытовые вещи: они нас заземляют и помогают что-то пережить и дальше двигаться во времена большой катастрофы или уже нескольких катастроф.

Связанная со сборником выставка «Я иду искать!» посвящена, основана и вдохновлялась отчасти традиционной культурой. Моя идея заключалась в том, что сборник рассказывает о людях разных культур, потому что Россия многонациональная страна. 

Поэтому в сборнике есть такие авторы, как Егана Джаббарова, Екатерина Манойло, Ислам Ханипаев и другие. Собственно, каждый из авторов и авторок на материале разных культурных практик и рефлексирует над укладами. 

Про совриск и традиционную литературу

Совриск играет удивительную роль. Мы должны понимать, что когда-то было время, когда Васнецов, Брюсов, Саврасов, Врубель, Попова, Серебрякова были современными художниками, когда все прекрасные художники, в том числе и XVI, XVII, XIX, XX веков, Средневековья, Возрождения и раньше, — все были современным, актуальным искусством. То есть современное искусство — это просто искусство, которое выражается сейчас в совсем разных медиа, которое создается в данный момент, в настоящий период и которое точно так же рефлексирует на те или иные современные темы для того или иного пространства, для той или иной культуры, а может быть, и для всех, для всей планеты, как вопросы, например, бесконечного загрязнения, насилия, глобального потепления, перепродакшена, сверхпотребления и так далее, тому подобное. Все это сейчас звучит пустыми словами, но на самом деле это важные и страшные вещи. 

При этом совриск, как и литература, просто способ поработать над той или иной проблемой, но с помощью волшебства — такого расширения вселенной, как раз состоящей в том числе из обыденности, укладов важных, в том числе необходимых. Современные искусство и литература говорят нам о том, что мы знаем, что что-то происходит с тобой или с кем-то другим. Притом это может быть что-то классное, хорошее. Может быть, эту работу — увиденную или прочитанную — тяжело понять, потому что это искусство новое и использует новый, непривычный язык. А еще очень нестандартную фантазию. Жизнь на самом деле разнообразна, а фантазия безгранична, но укореняется в реальности. 

Мне кажется, это очень важно тоже. Удовольствие. Давайте современное искусство, в том числе и литература, будет в том числе в удовольствие.